Массивные блоки песчаника, соединенные деревянными брусками-скрепками, наводят на мысль, что это была крепостная стена. Но никаких других сооружений, подтверждающих ее оборонительное назначение, там нет.
Заселение восточных склонов Вогезов началось уже в эпоху неолита, о чем свидетельствуют археологические находки. В окрестностях горы Сент-Одиль (764 метра) найдено много предметов, оставшихся от древних поселений. Именно на этой горе в период раннего Средневековья был выстроен монастырь.
На склоне горы Сент-Одиль (Одилиенберг) на высоте около 400 метров над уровнем Рейна огорожен каменной стеной участок площадью около 120 гектаров. Каменная стена имеет довольно внушительные размеры: длина 10,5 километра, толщина 1,5 — 1,7 метра, а первоначальная высота — более пяти.
Внутри огороженного стеной участка не найдено ни каких следов чего-то важного, что она могла бы защищать. Местные жители издавна называли это сооружение языческим валом, а ученые приписывали постройку кельтам.
Многочисленные попытки выяснить дату строительства вала свелись к созданию различных гипотез.
Языческий вал относили предположительно к доисторическим временам - около тысячи лет до нашей эры, но не исключали, что это гораздо более поздний памятник из эпохи средневековой династии Меровингов. Большинство историков склонны считать, что стену начали строить еще в те времена, когда в этих местах жили племена
галлов.
В эпоху переселения народов каменное сооружение на склоне Вогезов, возможно, усовершенствовали, а окончание строительства пришлось на поздний период Римской империи.
Однако археологические раскопки не дали пока никаких подтверждений возведения стены именно в эти периоды истории. Кроме того, ее конструкция сильно отличается от обычных построек галлов и не соответствует античной технологии строительства крепостных сооружений. Стена сложена из песчаника — из массивных блоков, скрепленных деревянными брусками-скрепами, без применения связующего состава. В квадрах, обтесанных камнях кладки, до сих пор хорошо видны углубления в форме ласточкиного хвоста — пазы, в которые вставлялись скрепы.
Никаких способов точного датирования неизвестной постройки до недавнего времени не существовало.
Теперь появилась возможность приблизиться к решению этой задачи. Государственному учреждению по охране памятников в Эльзасе - был возвращен комплект из 65 деревянных скрепов, извлеченных одним ученым в 1873 — 1875 годах из языческого вала на северо-западном склоне горы Сент-Одиль.
Бруски вырезанные в форме ласточкиных хвостов, отлично сохранились. Большинство из них не разворачивали сто лет, и они так и пролежали, упакованные в старую бумагу. Каждый пакет снабжен аккуратной надписью: дата и точное указание места, откуда взят скреп.
Оказалось, что все эти 65 деревянных деталей сделаны из дуба. По узким годичным кольцам исследователи определили, что это фрагменты стволов старых деревьев, росших в густом лесу. Дубовые леса тогда полностью покрывали восточные склоны Вогезов. На некоторых кусках дерева специалисты насчитали 112 годичных колец, и это позволило установить точный возраст некоторых брусков с помощью дендрологического анализа. Таким способом ученые смогли установить, что 18 скрепов сделаны в последней четверти VII или в первом десятилетии VIII века.
Радиоуглеродный анализ подтвердил этот результат. Получается, что стена вряд ли могла быть построена в более поздние времена. В VII веке в этой местности возникло Эльзасское герцогство, о котором в письменных источниках сохранялись только крайне скудные сведения.
Герцогство просуществовало около ста лет, примерно с 640 до 740 года. Если деревянные бруски сделаны одновременно с постройкой отрезков стены, то время постройки определены но с достаточной степенью достоверности. Но ведь такое сооружение не строилось в один день. Как-никак - десять километров кладки из тяжелых каменных блоков!
Каменный вал составлен из трех извилистых отрезков, которые образуют вытянутый многоугольник неправильной формы, с двумя перемычками в узких местах. Эти отрезки необязательно строились одновременно.
В кладке стены заметны многочисленные поправки и улучшения, сделанные за долгие годы ее существования.
Значит, установленная дата может в действительности указывать на очередной ремонт и основательную перестройку, а вовсе не на первоначальное возведение стены. Бруски - скрепы изъяты из двухкилометрового участка стены, захватывающего частично два из трех ее основных отрезков. Проведение такого ремонта на большом участке обошлось бы, вероятно, очень дорого.
Кто-то должен был заплатить за работы, но в исторических документах сведения об этом отсутствуют...
монастырь на горе Сент-Одиль — место знаменитое. Вдоль древней каменной стены по склону горы в незапамятные времена проложена дорожка, по которой бродят туристы, приезжающие полюбоваться живописными Вогезами. Туда же съезжаются паломники, почитающие святую Одилию.
Простой народ считал Одилию святой еще при жизни. Католическая церковь, хотя и канонизировала настоятельницу монастыря, преднамеренно замалчивала многие факты ее реальной биографии чтобы «не портить» житие святой.
Исторические факты тесно переплетаются с легендами, в которых немалую роль сыграл сумрачный «языческий» пейзаж окрестностей монастыря: густые темные леса по склонам гор, таинственная каменная стена со странными поворотами и выступами, которым приписывали колдовскую силу...
Неизвестный автор старинной хроники писал, что в 660 году в захолустном городишке Оберенхейм (Обернэ), который вскоре стал резиденцией герцога Эльзасского, благородный Адальрик с нетерпением ждал появления на свет наследника. После долгих лет бесплодия его жена Бересвинда, из франкской династии Меровингов, родила ребенка. Но несчастный младенец имел два непростительных порока: во-первых, это была девочка, а вдобавок через некоторое время оказалось, что она слепая.
Адальрик пришел в ярость — слепая девчонка разрушила все его планы! Он приказал жене немедленно умертвить младенца. Если бы Бересвинда послушалась мужа, девочку постигла бы участь всех нежеланных новорожденных — в то суровое время с ними не церемонились и истребляли как котят.
Но золотоволосая Бересвинда унаследовала от своих предков незаурядный ум и твердый характер, а в родительском доме получила, по обычаю Меровингов, хорошее образование. Адальрик редко бывал в замке — он был занят грабительскими набегами на мирных поселян и монастыри, а также разъезжал по соседним герцогствам, плетя интриги. Бересвинда хозяйничала дома, как считала нужным. Благодаря своему высокому происхождению и знакомствам в ирландском монастыре, она сумела спрятать ребенка.
Эльзасские легенды называют несколько мест, где скрывалась кормилица с дочерью Бересвинды. Монахини учили девочку, она прилежно училась разным наукам и проявляла блестящие способности к языкам, литературе, поэзии. Когда ей исполнилось 13 лет, епископу из Регенсбурга Эрхарду был знак свыше, что он исцелит слепую девочку из деревни Бальма совершением над ней обряда крещения. Преодолевая всяческие препятствия, Эрхард и его брат, епископ из Трира, пробрались в герцогство - Эльзасское.
После того - как Эрхард Реленсбургский, который занимался целительством, окрестил девочку именем Одилия и помазал ей глаза каким-то снадобьем, она прозрела!
Автор первого повествования о святой Одилии писал об этом прозрении как о самом естественном событии.
Можно предположить, что злоключения Одилии и преследования со стороны родного отца должны на этом закончиться, но — не тут-то было! Адальрик даже забил до смерти собственного сына, который посмел тайком пригласить в замок опальную сестру. По легенде, отец якобы раскаялся и стал отшельником, но историки опровергают это.
На самом деле Адальрик, против воли своей жены, заточил Одилию в подаренном ей матерью монастыре. Потом сыноубийца скрылся. Время от времени герцог появлялся снова в своих владениях и тайно вмешивался во все споры и интриги, но он уже не играл главной роли. Адальрик умер около 700 года.
Достоверно известно, что с 680 года Одилия стала настоятельницей монастыря и вела дела, руководствуясь ирландскими и франкскими традициями. Ее мать Бересвинда еще до смерти супруга ушла в монастырь и возглавила обитель у подножия горы, на которой построен монастырь Одилии.
О деяниях святой Одилии в легендах рассказывается много необычного. Она почти ничего не ела, только по праздникам мать Одилия вкушала ячневую кашу и овощи, но была крепкой и здоровой. Она умела превращать воду в вино — без этого чуда ее монастырь не мог бы существовать. Одилия {может быть, и другие монахини тоже) спала на медвежьей шкуре и подкладывала себе под голову специальный камень, о значении которого автор хроники умолчал.
Зато он несколько раз повторил, что мать-настоятельница часто приходила на «камень видений», на котором вступала в тесный контакт с потусторонними силами и могла общаться с высоко чтимым Иоанном Крестителем.
Ирландские и шотландские монахи и монахини, которые принесли с собой много кельтских обрядов, оказали сильное влияние на мать Одилию. Церковь, конечно, запрещала языческие ритуалы, но верующих покоряли чудеса и таинственность. К матери Одилии потянулись паломники, слепые молили ее об исцелении.
Позднее-возникла легенда, что святая Одилия сжалилась над одним слепцом, который в летний зной вскарабкался на гору, еле живой от усталости. Она ударила своим посохом по камню, и из него забил источник. Слепой услышал журчание ручейка, наклонился, стал жадно пить прохладную воду, и в этот момент прозрел.
Настоятельница монастыря, таинственная Одилия, которую изображали с третьим глазом на лбу, совершала в лесу на камнях странные колдовские обряды. Более того, по данным из некоторых источников, в ее монастыре были не только монахини, но и монахи! Все это не слишком соответствовало каноническим представлениям о католической святой, поэтому ходили слухи, что житие Одилии «задним числом подправлено».
В 1871 году оригиналы старых рукописей с жизнеописаниями святой Одилии исчезли из Ватикана и монастыря под Парижем.
Группа немецких и французских специалистов занимается в настоящее время сравнительным изучением археологических находок и исторических источников. Прежде всего, они сопоставляют имеющиеся деревянные детали стены с другими деревянными скрепами, находящимися в музеях и частных коллекциях.
После завершения этой работы планируется серия раскопок на горе Сент-Одиль для сбора данных, которые, может быть, прольют свет на происхождение и назначение «языческого вала». Интересно было бы также произвести детальное сравнение эльзасской стены с каменными мегалитами в Стоунхенджа и в других местах Европы, но это дело будущего.
Галина СИДНЕВА,
специально для «НЛО»
